Прощай, лидерство!

В предыдущей статье ("Вести Сегодня" № 175 от 30 июля) мы вспомнили прекрасные денечки, когда Латвия была безусловным лидером Прибалтики и окрестностей. А сейчас?

Вот сегодняшняя позиция Латвии среди соседей согласно отчету ООН за 2002 год.

ВВП на душу населения в долларах по курсу ППС (покупательной способности):

Эстония — 10 066
Россия — 8377
Литва — 7106
Латвия — 7045

А вот средняя зарплата в 2002 году (брутто), доллары:

Эстония — 368
Литва — 321
Латвия — 288

А вот расходы на здравоохранение (доллары, в год):

Литва — 273
Эстония — 204
Латвия — 140
Европа (Германия) — 2365

Картина печальная. А при взгляде на такую разницу в медицинских расходах становится понятно, почему в Латвии отдельным деятельным медикам, рискуя карьерой министра, приходится обворовывать старушек — иначе на жизнь не заработаешь.

Далеко нам уже до соседей, и становится все дальше. А наш веселый министр экономики говорит, что Латвия через 10–15 лет догонит Европу. А пока она под руководством таких министров экономики все больше отстает от своих соседей. А насколько мы далеки от Европы, можно понять из сравнения расходов на здравоохранение: Латвия отстает от Германии в 17 раз (!). Уж съездил бы министр в Эстонию и посмотрел, может Латвия догнать хотя бы Эстонию, которая отставала от нее более ста лет. Но со своими соседями Латвия, согласно вечным принципам взаимоотношений соседей на коммунальной кухне, только воюет: не дай бог от них что–то полезное перенять.

А все–таки куда делось все, что Латвия более ста лет при разных режимах и диктатурах зарабатывала своим тяжким трудом, имея из полезных ископаемых только песок, глину да известняк?

Ведь в 1992–1993 годах в торговле с Латвией сам ЕС имел торговый дефицит 43% (!), а страны СНГ — 31,6%. Дешевые латвийские товары были вне конкуренции и на западе, и на востоке. Очень многообещающая позиция Латвии, только еще вступавшей на дороги рыночной экономики! Приемные всех латвийских заводов были забиты иностранными коммерсантами, желающими купить микроавтобусы, мопеды, радиоаппаратуру, кофемолки и кофеварки, электроутюги, стекло, телефоны и т. д. — все, что производилось. При сохранении такого промышленного потенциала догонять пришлось бы Европе — по концентрации промышленного потенциала Латвия ее превосходила.

Сейчас в таком положении находится Китай — Китайская Народная Республика, в торговле с которой только у США дефицит 45 миллиардов долларов, в таком же положении и ЕС. Дешевые китайские товары вне конкуренции на рынках и Европы, и Америки. Что остается делать американцам и европейцам? Только единственное — попробовать убедить китайцев повысить курс юаня — чтобы товары подорожали. И пробуют. Но Китай на это не идет. И китайские товары продолжают захватывать мировые рынки, а инвестиции капиталистов всего мира стекаются в коммунистический Китай.

В "независимой" Латвии никто не собирался конкурировать ни с Европой, ни с Америкой — зачем так обижать своих новых хозяев? А если латвийские товары оказались такими конкурентоспособными, то мы ведь в этом не виноваты — это все оккупанты. Настроили нам против всякого нашего желания своих "промышленных монстров". Нам этого не надо. Нам достаточно выращивать тюльпаны и играть в баскетбол. И новые латвийские руководители прямо сказали, что эти "промышленные монстры" независимой Латвии не нужны. И начали преодолевать "пережиток оккупации".

В июле 1992 года в Латвии была введена собственная валюта — латвийский рубль, в полном соответствии с инструкциями МВФ. При введении его курс был приравнен к курсу советского рубля. Но уже менее чем через месяц, в августе, его курс был повышен на 30%. Фактически такое повышение курса соответствовало повышению цен на латвийские товары на внешних рынках на 30%. И так повторялось ежемесячно. К чему такая политика могла привести? Представьте себе супермаркет, которых теперь полно везде, и на нем большая реклама: "Со вчерашнего дня у нас цены повышены на 30%!" Что произойдет? Просто все покупатели развернутся и пойдут туда, где нет такого повышения, это же ясно всем. Так и произошло с Латвией. Все покупатели ее товаров разошлись — кому придет в голову что–то покупать в самой дорогой стране бывшего Союза! Заводские приемные опустели. А если покупателей нет, то производство надо закрывать. Уже к концу 1992 года было уволено 20 000 работников. В 1993 году эту победу над собственным производством конкурентоспособных товаров закрепили: был введен лат, ставший самой дорогой валютой Европы. С возможностью промышленного развития Латвии было покончено. Заводы остались без работы, и их стали перестраивать в торговые центры, а серьезное производство из Латвии побежало. Теперь микроавтобусы делают уже в Нижнем Новгороде, вагоны электричек — под Москвой, фирма "Келлог" перевела свой завод, который она опрометчиво построила в 1989 году в Латвии, в Италию, а фирма IBM после годовых исследований обстановки в Латвии свое производство решила строить в Белоруссии.

Но если дорогая страна с дорогой и тяжелой валютой непригодна для размещения производства (кто будет покупать дорогую продукцию такой страны?), то для размещения торговли это самое подходящее место, дешевый импорт прекрасно раскупается! И уже с 1994 года внешняя торговля Латвии стала дефицитной — импорт превысил экспорт. Уже в первый год нашей жизни с нашими новыми латами (1994 год) баланс внешней торговли стал отрицательным: Латвия импортировала на 25,5% больше, чем экспортировала: из страны ушел 141 миллион латов. Но это было только начало. Торговля импортными товарами стала основным заработком многих местных торговых фирм, в страну повалили и мощные иностранные фирмы. Сейчас уже половина нашей торговли принадлежит иностранцам. Эти успехи иностранных торговцев мы видим постоянно. Литовцы открывают по две "Максимы" в день!

Наша внешняя торговля превратилась в насос, выкачивающий из страны деньги. И этот насос с каждым годом все прибавлял оборотов — импорт все время рос ежегодно примерно в полтора раза быстрее экспорта. А за прошлый год это превышение составило уже 77,3%. Цифра феноменальная, это самый большой дефицит из 33 стран, по которым есть данные! Латвия в этом отношении уже не какой–то тигр — тигров в мире было и есть достаточно. Латвия просто Змей Горыныч, который запутался в своих головах и хвостах и с хвоста поедает сам себя, а его головы в это время всем рассказывают, как хорошо они развиваются. На сегодняшний день таким путем уже выкачано из Латвии около 10 миллиардов евро. Очень "хорошая" цифра для такой маленькой страны! По 10 000 евро из кармана каждого работающего латвийца! Вот почему внутри страны при росте ВВП не хватает ни на приличные зарплаты, ни на пенсии, ни на здравоохранение. Все это на выкачанные из Латвии деньги создается у зарубежных "друзей" Латвии. Как в этих условиях наш министр экономики собирается их догнать — большая загадка. А вернее — просто шутка. Большой шутник наш министр. Что же делать?

Нам усиленно предлагают не переживать по поводу низких зарплат и всего другого, а радоваться цифрам, которые для нас высчитывает ЦСУ, — приросту ВВП. Но какой смысл этому радоваться, если весь этот прирост благополучно утекает за границу? Ситуация с нашим "радостным" ВВП напоминает мне моего соседа, когда он, возвращаясь с работы в день зарплаты, по дороге всю ее пропивает, а свою Машу убеждает радоваться, так как ему дали надбавку и его рабочая карьера развивается великолепно.

Надо выбирать. Выбирать, какая роль в жизни нас устраивает: сегодняшняя, когда страна — просто рынок сбыта сникерсов, прокладок, залежалых товаров, старых автомобилей и другого секонд–хэнда — тогда нам можно продолжать радоваться комплиментам, которые разные политики проездом нам успевают сказать. Или мы хотим сами нормально работать и производить, зарабатывать себе пенсии и лечиться — тогда нам надо резко менять свою валюту. Перед таким выбором стояла Япония в начале 60–х годов прошлого столетия. Она сделала выбор и девальвировала иену. Был большой шум в мире, США очень обижались, но в результате Япония завоевала рынки и стала тем, чем мы ее привыкли видеть, — мощной промышленно развитой державой.

Чтобы выбирать, надо иметь желание и силу воли. Выбор всегда связан с каким–то поворотом пути, напряжением. Можем мы отважиться на такое? Хотя бы для того, чтобы вернуть себе утраченные позиции в Прибалтике. Какие политики нужны для этого и есть ли они у нас? И есть ли подходящие условия? Или будем ждать: может, подадут чего в ЕС из того, что от нас туда утекает? Вот вопросы, на которые надо ответить. Но об этом в следующий раз.

Источник: Эрнест БУЙВИД, Вести сегодня

Добавить коментарий
Автор:
Комментарий:
Код проверки:
Captcha